Форум » Персонажи » О самом Незнайке » Ответить

О самом Незнайке

саль: Мне встречались две крайние позиции. Одна рассматривает Незнайку так, что проще некуда, типа "двадцать два несчастья". Куда не сунется, всё не так. Если появился Незнайка, он обязательно должен сказать какую-нибудь глупость или совершить примерно то же. Другой подход - истолкование Незнайки, а то и всех коротышек Носова в сверх переносном смысле (например, в стиле Фрейда),найти в них символы и намеки.

Ответов - 15

саль: Своё понимание этого персонажа, в русле общего единого взгляда на сюжет книги "Приключения Незнайки" я собираюсь поместить здесь, но сначала это нужно написать подробно.

Чарли Блек: Я бы сказал, что Незнайка - двигатель сюжета. Без него коротышечья жизнь статична, идёт по накатанной - предсказуемо и скучно. И только Незнайка вносит в эту статику движение. Незнайка иррационален. Он своего рода трикстер, но притом не злобный.

саль: Игорь Носов, взявшись продолжать дело своего деда, написал про Незнайку много рассказов. Для сборника «Остров Незнайки» их набралось целых двадцать. Все они, в общем-то, об одном и том же, как бедный глупый Незнайка в очередной раз опростоволосился, опарафинился, обмишурился, или, проще говоря, навалял дурака. Ну и что? Разве не о том же писал в книге «Приключения Незнайки» и сам Носов? Так, собственно говоря, и принято думать. В книге есть первая половинка из глупеньких, но смешных историй, и вторая – то есть собственно повесть о путешествии коротышек. А между тем, первые главы принципиально отличаются от тех же рассказов Игоря Носова. И не только по исходному смыслу, но и тем, что составляют вместе с путешествием на воздушном шаре единое целое. Как выбирал сюжеты рассказов Игорь Носов? Да в общем-то, как придется, была бы история про дурачка. Какие качества его Незнайки ставили их обладателя в глупое положение? Разные. И лень, и трусоватость, и непроходимая глупость, и даже нечистоплотность в отношении к своим товарищам. Истории же Носова относительно Незнайки все подчинены одной главной мысли. Настолько одной, что их можно озаглавить просто по шаблону - «Как Незнайка был…». «Как Незнайка был Гуслей», «Как Незнайка был Тюбиком», «Как Незнайка был Цветиком», «Как Незнайка был Винтиком и Шпунтиком», и наконец - «Как Незнайка был Знайкой». Даже самое начало чуть-чуть походит на кусочек истории «Как Незнайка был Стекляшкиным», но всё-таки она не из этого ряда. А как раз из того, в который накидал своих рассказов Игорь Носов - Незнайка где-то что-то услышал, но ничего не понял. Носов обошелся одной подобной историей, просто в качестве общего знакомства и вводной главы, и справедливо решил, что единственного подобного эпизодика вполне достаточно. Книга не об этом. Истории Носова о другом, его герой шаг за шагом пытается найти своё дело, или выражаясь красиво – своё призвание. Конечно, делает он это по-своему, по-незнайковски. Во-первых, его не вдохновляет любой небольшой первоначальный успех, ему надо много и сразу. Во-вторых, он очень честолюбив, и выбирает не любые профессии, а только самые престижные – музыкант, художник, поэт, автомобилист, начальник воздушной экспедиции. Причем, по всей видимости, степень престижности шаг от шага нарастает. Неслучайность цепочки первых глав подтверждается сюжетно – именно музыкант, художник, поэт и автомобилист оказались востребованными в Зеленом городе. А профессиональные достоинства доктора Пилюлькина и охотника Пульки, например, не имели ни капли успеха, как в глазах Незнайки, так и потом в глазах малышек. Причем нам дается понять, что самодеятельных музыкантов в стране коротышек много, и Гусля, хоть и весьма хорош, но всё-таки не диковинка. Тюбик, напротив, был нарасхват. Одно дело – нарисовать или вышить белочку или зайчика, другое – написать портрет Снежинки, восхитивший весь город. Но Тюбик ничто по популярности по сравнению с Цветиком, которого просто носили на руках. То же самое и Самоцветик, не сомневающаяся в своём праве проходить куда бы ни было без всякой очереди. Автомобилисты же люди вообще исключительные, в абсолютном дефиците и в Цветочном, и в Зеленом городе. На них, пожалуй, восхищенно, в тихом восторге, смотрели издалека, как на небожителей. Но и успехи Незнайки идут в том же направлении. За музыку его просто чуть не побили, причем все. Его портреты, похоже, были получше музыкальных выступлений, хоть скандальный, но успех всё-таки имели. Стихи же мы можем оценить сами, а не со слов автора. Незнайкино «Торопыжка был голодный, проглотил утюг холодный», вполне может конкурировать с «Комаришку я люблю, трулюлюшки тру–лю-лю» признанной поэтессы. Как мы видим, он вполне овладел принципами стихосложения. А на автомобиле он сумел и поехать, и исколесить весь город. На фоне предыдущих неудач заметное достижение. Но больше всего Незнайка преуспел в роли руководителя. Выяснилось, что захватить власть, подавить недовольство других и заставить их себе подчиниться, он оказывается, умеет. Чуть-чуть бы только побольше знаний и опыта, но это дело наживное, а так способности налицо. И путешествие, в итоге, не прошло для Незнайки даром. Носов сам подвел итог поискам Незнайки своего «я». При встрече с Гунькой он мимоходом замечает, что друг Гуньки «стал знаменитым путешественником». И автор не изменяет этому выводу – в дальнейшем главным делом Незнайки становятся путешествия и первооткрывательство, причем путешествовать он теперь способен вполне самостоятельно. Качества Незнайки, такие нелепые дома - активность, неусидчивость, любопытство, иррациональность поступков, нестандартный взгляд на вещи – это как раз те черты, которые делают человека первопроходцем и новатором. Следом за ним придут другие, более разумные и уравновешенные люди, но первый шаг сделает он. Придет время, и появится Знайка, и проложит торную дорогу там, где первую тропочку протоптал неугомонный Незнайка.

Чарли Блек: саль пишет: Истории же Носова относительно Незнайки все подчинены одной главной мысли. Настолько одной, что их можно озаглавить просто по шаблону - «Как Незнайка был…». «Как Незнайка был Гуслей», «Как Незнайка был Тюбиком», «Как Незнайка был Цветиком», «Как Незнайка был Винтиком и Шпунтиком», и наконец - «Как Незнайка был Знайкой». А ведь и вправду... Мне такое до сих пор не приходило на ум... саль пишет: Незнайкино «Торопыжка был голодный, проглотил утюг холодный», вполне может конкурировать с «Комаришку я люблю, трулюлюшки тру–лю-лю» признанной поэтессы. Как мы видим, он вполне овладел принципами стихосложения. Я бы даже сказал, что в эпизоде со стихами глуповато смотрится не сам Незнайка, а как раз все прочие коротышки, неспособные понять, чем отличается фантазия от неправды, и обижающиеся по пустякам чуть только что-то затронет их самолюбие. Даже Знайка тут не исключение. А Незнайкины стихи по-своему очень даже неплохи.

Montmorency: саль пишет: В книге есть первая половинка из глупеньких, но смешных историй, и вторая – то есть собственно повесть о путешествии коротышек. Не исключено, что замысел первой повести (как и самого образа Незнайки и других коротышек) рождался у Носова постепенно. Может, даже, первые главы первоначально существовали в виде отдельных рассказов и лишь позднее трансформировались в хорошо известную нам повесть (с продолжениями).

Montmorency: Когда-то на Радио Свобода шел цикл передач "Герои времени", среди которых был и Незнайка. Конечно, у каждого из нас свое видение любимых персонажей, но почитать и послушать все равно любопытно.

Чарли Блек: Montmorency пишет: цикл передач "Герои времени", среди которых был и Незнайка. Любопытно, да. Хотя с мнением Александра Архангельского я не вполне согласен. Солнечный город мне и самому в детстве казался слегка скучноват, но вовсе не «смертельно», как пишет Архангельский, и уж точно никакой неприязни к условному светлому будущему не вызвал) И положительные герои вовсе не казались «мёртвыми») Хорош «мертвец», например, инженер Клёпка)) Или Винтик со Шпунтиком)

Montmorency: Я вообще против притягивания за уши детских произведений к политической конъюнктуре и чересчур усердного поиска между строк - "а что имел в виду автор на самом деле?". В книге "Незнайка в Солнечном городе" меня немного утомляли длинные описания машин или общественного устройства жизни тамошних коротышек, но сам город представлялся очень светлым - действительно солнечным. Между прочим, мои родители считали эту книгу лучшей в трилогии, а "Незнайку на Луне" не жаловали (признаться, так и не понял почему). Один раз. когда я в n-ый раз его перечитывал, отец сказал, что его "даже сам автор стыдится". Но я, хоть был и остаюсь довольно внушаемым человеком, в данном случае остался при своем, и продолжал перечитывать и впредь... Конечно, очень большую (а может, и вообще главную) роль играет талант Носова-юмориста - через легкое чтение, раз за разом перемежающееся смехом и хохотом, он ненавязчиво доносит общечеловеческие ценности. И чувство юмора, между прочим, книги Носова тоже прекрасно развивают.

Чарли Блек: Montmorency пишет: меня немного утомляли длинные описания машин или общественного устройства жизни тамошних коротышек, но сам город представлялся очень светлым - действительно солнечным +1 У меня точно такое же ощущение было. Montmorency пишет: а "Незнайку на Луне" не жаловали (признаться, так и не понял почему). Один раз. когда я в n-ый раз его перечитывал, отец сказал, что его "даже сам автор стыдится" Про «Незнайку на Луне» меня родители предупредили заранее, что эта книга слишком сложна для детского восприятия и может мне не понравиться. Прогноз не оправдался, книгу я проглотил с большим удовольствием. Но потом уже не раз слышал о ней полярные мнения: одни говорили, что Носова в третьей книге занесло не в те дебри, и он испортил чудесную сказку, которую так хорошо начал двумя первыми повестями. Другие наоборот утверждали, что третья книга шедевральна, не в пример первым двум, средненьким и довольно заурядным. Кстати, такое же контрастное восприятие я встречал по отношению к заключительной книге Изумрудного цикла Александра Волкова. Правда, там доля негативно относящихся выше.

саль: Вы - люди другого времени. Нами все технические подробности воспринимались с восторгом. Пожалуй - единственное место казалось затянутым - описание комбайнов по обработке полей. А все бытовые детали и удобства восхищали. И самое главное - в подаче Носова это казалось не фантастикой а очень доступным, таким, что можно осуществить хоть сейчас.

Montmorency: Я ведь, по-моему, вполне определенно написал: меня немного утомляли длинные описания машин или общественного устройства жизни тамошних коротышек, а сами эти реалии - и технические, и социальные, и бытовые - мне нравились. Именно поэтому сам город представлялся очень светлым - действительно солнечным. И вообще, я бы хотел предостеречь Вас от поспешных выводов насчет "людей другого времени".

Montmorency: Montmorency пишет: Не исключено, что замысел первой повести (как и самого образа Незнайки и других коротышек) рождался у Носова постепенно. Может, даже, первые главы первоначально существовали в виде отдельных рассказов и лишь позднее трансформировались в хорошо известную нам повесть (с продолжениями). У меня точно такое же ощущение - слишком уж отличается начало книги в виде отдельных разрозненных эпизодов с ее продолжением, начинающимся с изобретения Знайкой воздушного шара. А Игоря Носова я не смог читать больше десяти минут. Признаться, когда впервые прочитал в тырнете о том, что он продолжил дело своего деда, то понадеялся на столь же полноценное продолжение полюбившихся нам повестей. Но увы и ах...

Маккуро Куроске: Не знаю, "какого времени человеком" являюсь я, но длинные научные и технические отступления, "выпадающие" из основного, сюжетного текста, я заметил только при перечитывании книг Носова уже взрослым. В детстве они мне совершенно не казались ни выпадающими, ни отступлениями - всё было совершенно одинаково интересно. Может быть, дело в существовании в моё время огромной научно-популярной литературы для детей младшего возраста, к которой я был привычен?

Чарли Блек: Ну, насчёт времени - я родился в 1980 году, Незнайку прочёл лет наверно в 7-8) В "Солнечном городе" действительно наиболее скучным моментом мне казалась глава про комбайны, и ещё в детстве казалось, что книге этой чуть-чуть недостаёт приключений. Немного скучновато было читать про экскурсию на одёжную фабрику. А сейчас наоборот глава с фабрикой кажется мне увлекательной, впрочем не столько из-за технических устройств, сколько благодаря обаятельной манере речи Карасика со всеми этими его "извините за выражение")) Но были и такие технические эпизоды, которые мне ещё в детстве ужасно нравились: таинственная жужжащая машина "Кибернетика" в гостинице, где остановились Незнайка, Пёстренький и Кнопочка; вертящиеся дома; шахматные автоматы; возможность съехать на коврике с верхних этажей; в первой книге - изготовление воздушного шара. Ещё - лифты с доставкой пищи прямо в квартиру; помню, у Булычёва в "Миллионе приключений" потом встретились такие же, но Булычёв их использовал более драматически))

Чарли Блек: Montmorency пишет: А Игоря Носова я не смог читать больше десяти минут. Признаться, когда впервые прочитал в тырнете о том, что он продолжил дело своего деда, то понадеялся на столь же полноценное продолжение полюбившихся нам повестей. Но увы и ах... Я прочёл и повесть его, и сборник рассказов. Местами показалось читабельно и даже интересно, но до настоящего Носова категорически не дотягивает ((



полная версия страницы