Форум » Фантворчество » Блуждания сердитого профессора » Ответить

Блуждания сердитого профессора

саль: Никогда не думал, что по Носову вообще можно писать фанфики. Оказывается - материала хватает.

Ответов - 3

саль: БЛУЖДАНИЯ СЕРДИТОГО ПРОФЕССОРА Исчезновение Солнечный город притих. Жители, закончив с делами, спешили по домам, и так продолжалось уже третий день. Весь город читал волшебную книгу. Эту книгу читали все. Даже ветрогоны ненадолго оставили свои буйные игры. Уж больно свежо и привлекательно выглядел этот неожиданный подарок Волшебника. Когда, уже впоследствии, коротышки стали обмениваться впечатлениями, оказалось, что книга эта была не просто яркой. Чудесная сила Волшебника сделала ее многоликой. Кто-то нашел ее у себя на столе небесно-синей с золотыми завитушками. И так совпадало, что это и был его любимый цвет. К малышкам эти книги чаще приходили нежно-жемчужными, пурпурными или ярко-розовыми, с разноцветными бантиками и ленточками. А малышам, особенно тем, кто посерьезнее, иногда доставались темные обложки с металлическим блеском, а бывало и безупречно черные. Конечно, далеко не всем. Но не только в обложках было замечено отличие. Количество страниц волшебной книги так же сильно разнилось. Тем коротышкам, кому проглотить и с полсотни страниц не составляло труда, прибывали толстые и даже очень толстые томики. А у иных в книге насчитывалось всего несколько листиков. Тот же ветрогон Кренделёк позже хвастал, что одолел свою волшебную книгу за пять минут. «Или за двадцать пять», - добавлял он, слегка подумав. Понятно, что всё своё наставление для этого заплутавшего малыша Волшебник сумел уместить в пару-другую страничек. Книгу, впрочем, читали и перечитывали. Так уж она была устроена, что, добравшись до конца, сразу хотелось вернуться в начало. И что удивительно. Волшебник подошел к своей теме очень деликатно, ни разу не назвав Незнайку, Кнопочку и Пёстренького по именам, не стал даже указывать, из какого они города. Зато приключения своих героев расписал весело и ярко. Редко кто из коротышек мог не расхохотаться над проделками малыша, возомнившего себя чудодеем и его недогадливыми спутниками. Так вот, в те дни, когда город зачитывался волшебной книгой, в почту редакции одной из газет пришло странное письмо. Автором его был небезызвестный профессор Козявкин. Письмо начиналось сразу, как говорится – с разгону. « Моё почтение. Пишет вам Козявкин. Да, тот самый Козявкин! Следует ли удивляться, дорогая редакция, что наш город стал питомником для ветрогонов. Мало нам этих диких выходок от глупеньких ослиных подражателей. Болезнь зловредности подбирается уже к самым умным из наших городских жителей. Как иначе объяснить новую выходку, жертвой которой стал уже лично я.? Обращаюсь в газету с открытым письмом, выражаю своё возмущение. Тем, кто одарен умом и творческими способностями стыдно уподобляться ветрогонам! Но поясню всё по порядку. Вчерашнюю ночь я провёл практически без сна. Мне нужно было непременно завершить один важный научный опыт. В чём его сущность, к делу отношения не имеет. Главное другое. Этот опыт нельзя было не завершить, и всё увенчалось вполне закономерным успехом. Но затем я улегся в постель и заснул беспробудно. Мне и в голову не могло прийти, что научный работник, крепко спящий после тяжелого умственного труда, окажется объектом глупой шутки. По всей видимости, негодяй вошёл в мой дом, чтобы поглумиться над уважаемым учёным. Если говорить коротко, когда я проснулся поздно вечером, дома у меня уже никого не было. Но на столе уже покоилось это чудовище. Другого слова я не нахожу. Хотя следует признаться, что вид у чудовища оказался весьма привлекательным. Яркая зелень с прожилками, как будто ловкая очередная насмешка. Но самое главное – содержание. В этой, с позволения сказать, книге в издевательской форме излагалось моё научное открытие. И надо сказать, издевательство звучало довольно остроумно. Вот это-то и есть самый кошмар. Над открывателем тайны ветрогонов посмеяться ветрогоновским способом! Конечно, все знают, что превращение ослов впервые описано мной, но чтобы так бесцеремонно всё переврать! Какие-то призрачные путешественники, волшебство, немыслимые поступки. Нет, ни один бывший осел до такого бы не додумался. И кто бы ни был тот, кто скрыл себя под прозванием «волшебника» - его поведение недостойно умного коротышки, каким он к сожалению, без всякого сомнения является….» Редактор газеты, по имени Жучок, на этом месте не удержался и несколько раз хихикнул. Он, наконец, догадался, что с профессором Козявкиным случилось то же самое, что и с каждым из жителей города. Только появившуюся на его столе волшебную книгу профессор обнаружил не утром, а вечером. Наверное, все коротышки по соседству уже спали, и Козявкин возмущался себе один, в тишине ночи. Но неужели даже и на следующий день он так ни в чем и не разобрался? Редактор выглянул за дверь. В соседней комнате находился единственный работник редакции – Вьюнчик. Репортёр развалился на стуле возле стола и явно изнывал без дела. -- Репортёр Вьюнчик! -- Да, слушаю внимательно. -- Отправляйся к профессору Козявкину. Побеседушь, расспросишь, как настроение, как его ученые занятия. А в конце беседы… Ты слышишь меня, только в конце! Успокой его, если он всё еще негодует и возмущается. Скажешь, что волшебную книгу уже третий день читают по всему городу. Репортёр тут же словно подскочил на месте. Через несколько минут он уже исчез за дверью. А спустя какое-то короткое время снова был в редакции. Так быстро, что редактор Жучок еще не успел заняться другими делами. -- Козявкина нет дома, – доложил Вьюнчик. – Дверь открыта, соседи ничего не видели и не слышали. Таким образом, редакция газеты «Переливы» первая узнала об исчезновении профессора. Впрочем, после истории со Свистулькиным и Листиком все были уверены, что Козявкин очень скоро отыщется сам. Продолжение письма профессора

Чарли Блек: Отличная завязка сюжета) Тонко, и с юмором. Мне понравилось! саль пишет: Чудесная сила Волшебника сделала ее многоликой. Я тут кстати как раз сегодня, подыскивая идеи для конкурса ХиЖ, придумал в качестве фантастического допущения книгу, которая обладала бы абсолютной убедительностью для любого читателя. Или на все 100% откладывалась бы в памяти. Правда, в какой сюжет встроить это допущение, пока неясно.

саль: Продолжение письма профессора В середине следующего дня Вьюнчик пришел в редакцию, помахивая своей эластопластмассовой папкой. Он улыбался и что-то напевал. Задание редактора еще с утра повеселило репортера не на шутку. Ему было поручено побывать в зоопарке, посмотреть на ослови обежать все прилегающие аллеи и дорожки. Редактор не исключал, что о профессоре Козявкине газета скоро выпустит специальную статью. А для этого следовало освежить в памяти все подробности. Так считал Жучок, и его, как редактора, следовало слушаться. На первых порах Вьюнчик столкнулся с большими трудностями. Пройти к ослиной загородке не получилось. Все подходы к ней были перекрыты пестрыми ленточками и загорожены щитами. Репортер пробовал обратиться за помощью. Но директора зоопарка не было. Он уехал встречать и сопровождать новую партию зверей. А сторожа, служители и даже уборщицы при слове «ослы» приходили в бешенство. Наконец одна из малышек сжалилась над репортером. Она посоветовала ему сходить в дальний конец зоопарка, и, если уж ему так хочется, посмотреть там ослицу. Ее еще не перевели в вольеры из специального изолятора. Вьюнчик был умелый репортер. Он не стал кричать и ругаться. Он изобразил на своем лице самую милую улыбку. А потом попросил свою любезную собеседницу показать ем дорогу к этой одинокой ослице. Уже на ходу малышка успокоилась и разговорилась. Оказывается, в эти дни в зоопарк было целое нашествие. Толпы посетителей осаждали скромную ослиную загородку, как новое чудо природы. Были забыты и слон, и лев. Всем вдруг непременно захотелось увидеть сереньких ушастых осликов. Бедные ослы от такого внимания целый день не вылезали из сарая. Будто не они, всего несколько дней тому назад своим буйством взбудоражили весь Солнечный город. Впрочем теперешние посетители вели себя не многим лучше. Возможно потому, что далеко не всех жителей города так уж потянуло в зоопарк. Но те, что пришли, кричали, свистели, колотили по ограде. А когда один из ослов всё-таки выглянул, раздался общий неистовый рев. Одним словом, загородить ослов от любопытных стало самым лучшим выходом. Узнав эти подробности, Вьюнчик поблагодарил служительницу. Он внезапно как будто припомнил важное дело и заторопился прочь. Та решила, что назойливый гость просто-напросто устыдился своего желания, и с улыбкой помахала рукой репортеру. Но тот вовсе не думал уходить из зоопарка. Как Вьюнчик проник за ослиную загородку, навсегда осталось его тайной. Но он утверждал, что застал всю лопоухую троицу во время их прогулки. Репортер махнул рукой на скромность и перелез через ограду. О чем о пытался говорить с ослами, нам тоже неизвестно, но находчивый газетчик был уверен, что даже понял, кто из ослов Брыкун, а кто – Пегасик. Ясно, что Калигула был им выделен с первого взгляда. Ведь Вьюнчик тоже читал книгу Волшебника. Краткий отчет репортера удовлетворил Жучка. Он даже похвалил Вьюнчика, что совсем не входило в его привычки. Но, как бы в довесок к похвале. Вьюнчик получил и второе задание – снова отправиться к Козявкину. Довольный репортер позволил себе попросить у редактора маленькое уточнение. Прежде чем идти к профессору, ему следовало бы посмотреть и его письмо. Об этом письме Козявкина, неизвестно какими путями знала уже вся редакция. Жучок не возражал. Он пригласил репортера в кабинет, разыскал письмо, и, не выпуская из рук, предложил прочесть его вслух. Начало письма повторять не стоит, а шутливые замечания самого Жучка по ходу чтения, в общем, мало интересны. Но вот редактор спохватился, что и сам не прочитал письмо Козявкина до конца. Он сразу насторожился. «Вынужден признаться, - писал профессор Козявкин, - что первым же моим шагом было твёрдое намерение сжечь эту, так называемую книгу. Такое намеренье, вопреки моему уважению к печатному слову, вот что должно доказать вам всю глубину моего возмущения. Лабораторная печка разожглась безотказно. Но меня ждал новый удар! Чудовище не загорелось и даже не потемнело. Больше того – не нагрелось! Теперь вы понимаете, какой величины огромный, но бесстыдный ум опустился до подобной шутки. Зато теперь я знаю, где мне следует искать обидчика. Таких мест – единицы. Но прежде мне всё-таки следует проверить одно обстоятельство. А потом, я уверен, профессор Козявкин сумеет назвать вам его недостойное имя. До скорой встречи, друзья!» -- И всё. Даже подписи нет, - недоуменно подытожил Жучок. -- Теперь мне кое-что ясно, - со страной усмешкой ответил Вьюнчик. – Надеюсь, скоро будут новости.



полная версия страницы